Морской бой все ближе: Украина и страны НАТО планируют усиление атак на российские суда

Создание военно-морского альянса стран северной Европы и Украины надо учесть в перечне военных опасностей и угроз России, заявил помощник президента РФ, председатель Морской коллегии Николай Патрушев.

«Считаю важным учесть в перечне военных опасностей и угроз России создание военно-морского альянса государств северной Европы и Украины, активность которого существенно осложняет военно-политическую обстановку на западе Арктики, в северной Атлантике, Северном, Балтийском и Черном морях», — заявил Патрушев на заседании Совета по стратегическому развитию ВМФ Морской коллегии России.

А при чем тут Украина, у которой и флота как такового нет? Да, они могут атаковать наши суда своими БЭКами, но делают ли они это в координации со странами Запада. Существует ли между ними антироссийский альянс, о котором говорит Патрушев? Если так, то в каком виде?

Читайте также

Балтика: Немцы хотели взять танкер на «Хэнде хох», но в дело вмешался корвет «Сообразительный» с пушками 100-мм Что на самом деле произошло между германским кораблем береговой охраны, группой «встречающих» с фотокамерами и судном Kira K

— Это не формальный договор, а наблюдаемая тенденция, которую сложно оценить иначе, — поясняет руководитель экспертного совета Фонда стратегического развития, политолог Игорь Шатров.

— Патрушев имел в виду, что ряд стран Северной Европы (Великобритания, Дания, Норвегия, Швеция и другие) и Украина наращивают военно-морское взаимодействие: проводят совместные учения, обмениваются разведданными, координируют действия в отдельных акваториях. Это трудно воспринимать иначе как формирование негласного альянса, который меняет баланс сил в ключевых регионах.

«СП»: Флота как такового у Украины нет. Они могут только БЭКи использовать. Да и то, в основном, только в Черном море… С другой стороны, наш газовоз подвергся нападению с берегов Ливии, где у ВСУ де-факто появились морские базы. Где еще они могут ее создать?

— У Украины, действительно, нет классического военного надводного флота — в основном она делает ставку на безэкипажные катера (БЭКи) и морские дроны. Их применение, казалось бы, ограничено акваторией Чёрного моря, где у Украины есть инфраструктура для запуска и управления. Но инцидент с газовозом «Арктик Метагаз» показал, что украинские военные допущены уже и в Средиземное море — дрон запустили с базы в ливийской Меллите.

Можно предположить, что и базы НАТО на Балтике, и в других северных акваториях со временем также будут предоставлены ВСУ для осуществления террористических атак на российские суда.

Сами по себе европейские страны не стремятся к прямой конфронтации на море, но уже сейчас активно участвуют в наблюдении, патрулировании и обмене данными. Что это, как не альянс? То есть угроза скорее в координации и расширении зон контроля, а не в том, что завтра начнётся масштабная морская война.

«СП»: У Европы больше возможностей в Мировом океане, правда, они не могут обстреливать и топить, ибо не находятся в состоянии войны. Зато могут пиратствовать.

— Перехват российских судов в международных водах, который уже входит в норму, это, конечно, пиратство. Такой формат давления на Россию выбрали для себя Европа и США. Они действуют в интересах Украины, что опять же говорит о фактическом альянсе, о координации с Киевом подобных акций. Это тревожный симптом.

«СП»: Как, по-вашему, осуществляется взаимодействие стран Европы с Украиной по созданию морских угроз России? Есть ли факты открытой действий против России?

— Прямых доказательств создания полноценного военного союза с целью атаковать Россию нет. Но есть конкретные эпизоды.

Помимо уже упомянутого случая с газовозом, нельзя не заметить серию совместных учений стран Северной Европы и Украины в Чёрном и Балтийском морях. Также звучали заявления британских официальных лиц о планах создания объединённых морских сил на базе Объединённых экспедиционных сил (JEF) для «сдерживания» России.

«СП»: Может ли это привести к серьезным инцидентам и выходу на новый уровень эскалации вплоть до войны? Украине тут, понятно, терять нечего, а Европе?

— Если даже не думать о спланированном переходе к полномасштабной войне, накопление напряжённости чревато возрастанием риска случайных инцидентов (столкновение кораблей, ложные цели, недопонимание в ходе учений).

Понятно, что Европе прямой военный конфликт с Россией не выгоден — слишком высоки политические и экономические издержки. Для Украины же ставка на асимметричные морские угрозы — всего лишь один из инструментов в текущей ситуации. Воспользовавшись им неграмотно, Киев рискует довести эскалацию до уровня прямого столкновения НАТО с Россией.

Патрушев призывает не игнорировать эту тенденцию при стратегическом планировании. Россия должна развивать ВМФ с учётом названных угроз, чтобы сохранять контроль над ключевыми морскими направлениями и минимизировать риски в условиях меняющегося баланса сил.

— На самом деле, на протяжении долгого времени уже существует такой формат, как Объединенные экспедиционные силы, Joint Expedition Forces, JEF, если мы говорим про английскую аббревиатуру, которая объединяет Великобританию, страны Северной Европы, в том числе Швецию, Норвегию, — говорит замдиректора Института стратегических исследований и прогнозов РУДН Евгений Семибратов.

— Еще в 2025 году Украине дали расширенное партнерство. Это первый аспект. Второй связан с тем, что в порту Одессы опыт использования БЭКов активно изучается не только британскими, но и норвежскими военными. Мы прекрасно понимаем, где этот опыт может быть в перспективе использован, учитывая, что у нас с Норвегией имеется достаточно длинная морская граница в Северном и Баренцевом морях. Поэтому это объединение отнюдь не какое-то условное.

Мы видим, как Великобритания работает над увеличением своего военного потенциала в Северной Европе. И в целом тот опыт, который сейчас можно приобрести в вопросе военного противостояния на Черном море, он активно изучается, систематизируется, под него готовятся новые военно-технические решения.

Читайте также

«Азовское море превращается в Ормузский пролив»: ВСУ пытаются перерезать и морской путь к Крыму Атаки, судя по всему, идут из западной части Запорожской области

В целом, нужно признать, что тактика потенциальных подрывов наших как военных, так гражданских судов, она будет осуществляться во всей акватории Мирового океана. Самыми опасными зонами в таком случае будут Черное море, Средиземное, а также Северное, Балтийское и Баренцево.

Я полагаю, что наш противник будет использовать гибридный подход, связанный с попытками уничтожения наших судов или судов под флагами третьих стран, которые в рамках серого экспорта перевозят российскую нефть.

Нельзя исключать и масштабизацию пиратских захватов. Большая доля нашего, в том числе, нефтяного экспорта, идет через порты Черного и Балтийского морей, также достаточно большая доля торговли идет через порты Мурманской и Архангельской областей. Мы видим, как здесь наши противники пытаются подорвать экспортный потенциал России. Соответственно, придется предпринимать меры, связанные с охраной наших судов в мировом океане.

Фактически всё идет к тому, что разрушается мировое право морское как таковое, мы можем оказаться в реалиях 18 века, когда все будут атаковать всех.

Кстати, в какой-то мере можем получить плюс, потому что в таком случае самым безопасным транспортным маршрутом из Юго-Восточной Азии в Западную Европу будет наш Северный морской путь. Европейцы сами открывают ящик Пандоры, и в перспективе 10−20 лет они создадут те условия, при которых будут еще больше зависеть от России. Такие парадоксы.